Долгосрочная стратегия развития России

Институт экономики Российской академии наук предлагает для обсуждения содержание и основные положения долгосрочной стратегии социально-экономического развития России до 2015 года.

Ваши комментарии, замечания, вопросы присылайте на адрес . Они будут опубликованы в этом разделе сайта.

Полное изложение этой стратегии содержится в подготовленной Институтом монографии:

Россия-2015: оптимистический сценарий
/ Под редакцией Л.И.Абалкина - М.:ММВБ, 1999.-416 с. /

Книгу можно заказать и приобрести в Институте экономики РАН.
Телефон/факс: (095) 129-01-63
E-mail:

Монография раскрывает концепцию долгосрочной социально-экономической стратегии, рассчитанной на период до 2015 г. В ней рассматривается оптимистический сценарий, предполагающий сохранение роли России как великой державы. Изложены ключевые вопросы изменения механизмов роста, выстраивания приоритетов и логики преобразований, смены подходов к определению очередности решаемых задач. Выделяются три крупных этапа: 1999-2000, 2001-2008 и 2009-2015 гг. Общая суть перемен состоит в глубоких институциональных преобразованиях, направленных на создание инфраструктуры социально ориентированного рынка, обеспечивающего устойчивый экономический рост.

Книга подготовлена сотрудниками Института экономики РАН, Московской межбанковской валютной биржи, учеными ведущих научных учреждений России.

Ниже приводится:

А. Краткое изложение основных положений долгосрочной концепции
Б. Перечень разделов и глав монографии
 

А. Краткое изложение основных положений долгосрочной концепции

1. Цели экономической стратегии
2. Этапы экономической стратегии
3. Динамика макроэкономических показателей
4. Заключение

1. Цели экономической стратегии

Глубинной причиной поразившего в конце двадцатого столетия Россию системного кризиса явилось проведение в его последней трети социально-экономической политики, не отвечающей новым объективным тенденциям мирового общественного прогресса, дополнившееся отсутствием в т.н. реформаторский период вообще какой-либо осмысленной стратегии. К сожалению и сейчас, непосредственно на рубеже веков речь, по крайней мере на уровне властных структур, идет о краткосрочных и в лучшем случае среднесрочных экономических программах, рассчитанных на срок от одного года до 4-5 лет.

Конечно, острейший системный кризис, частью которого является экономический, буквально подталкивает к мысли, что разработка долгосрочных программ не является первоочередной задачей, что главное - это выбраться из кризиса, после чего и можно будет перейти к долгосрочному  проектированию. Но такая позиция не только не позволяет ответить на вопрос: так какой же из многочисленных предлагаемых путей выхода имеет историческую перспективу, но и противоречит всему накопленному (как нашему собственному, так и мировому) опыту выхода из подобных кризисов.

Главное в этом опыте заключается не в наборе тех или иных конкретных мероприятий, проводимых в рамках рузвельтовского "нового курса", германского или японского "экономического чуда", деголлевской программы, китайской модели, "тиграх" ЮВА и т.п., а в сфере методологии их (мероприятий) формирования. Все эти программы выхода из острейших (зачастую именно системных) кризисов на траекторию экономического роста начинались с определения как раз долгосрочных целей социально-экономического развития и путей их достижения, на основе которых  уже разрабатывались среднесрочные (как правило пятилетние) и краткосрочные (годовые) планы и программы (нелишне напомнить, что в качестве исторического предшественника подобного методологического подхода, отвечающего потребностям индустриальной экономики двадцатого века, выступил план ГОЭЛРО).

 Проблемы восстановления стабильности финансовой системы (краткосрочная, неотложная мера) или реального сектора экономики (среднесрочная) могут решаться на совершенно разной экономической основе. Ведь можно восстанавливать рухнувшую банковскую систему или обеспечивать загрузку наличных производственных мощностей, а можно формировать банковскую систему или отраслевую структуру реального сектора, отвечающих современным потребностям экономического роста. Понятно, что в первом случае мы лишь воспроизведем ту экономическую систему и производственную структуру, которая и привела к экономическому краху.

 В 1997-начале 1998 гг. мы уже сталкивались с ситуацией, когда казалось, что почти достигнута стабилизация и даже наметились первые признаки экономического роста. Однако, известно, чем это закончилось. Непредвиденным этот результат был только для неспециалистов, т.к. профессионалы отчетливо понимали, что методы, которыми достигались видимые положительные эффекты, одновременно вели к накоплению тех диспропорций, которые породили предшествующие экономические срывы. По существу в иных исторических условиях воспроизвелись ситуации конца тридцатых, начала шестидесятых и восьмидесятых годов в СССР, когда предшествующий видимый экономический рост заканчивался кризисными явлениями именно вследствие тех диспропорций, которые закладывались этим ростом. Нелишне напомнить, что в конце концов потерпела крах та экономическая система, которая раз за разом воспроизводила данную модель экономического роста.

Ясно, что для успешного продвижения по пути прогресса требуются глубокие качественные изменения в отраслевой и технологической структуре реального сектора экономики, влекущие адекватные перемены в трудовом (в самом широком смысле) потенциале российского общества. В свою очередь такого рода перемены возможны лишь в рамках адекватной им экономической системы, формирование институтов которой также требует стратегических подходов и оценок. Эти изменения предполагают осуществление масштабных инвестиционных проектов, реализация которых лежит за пределами временных рамок краткосрочных и долгосрочных программ. Но если горизонт видения ограничивается только указанными периодами, то подобные проекты из них просто "выпадают", в результате чего принятые программы неизбежно воспроизводят в своей основе сложившуюся воспроизводственную модель, которая по общему признанию консервирует экономическую отсталость и соответственно исключает сколько-нибудь устойчивый экономический рост.

Таким образом без опоры на долгосрочную стратегию, адекватную, с одной стороны, социально-экономическим, историческим и геополитическим реалиям России, а с другой - отражающую закономерности современного этапа общественного прогресса, экономическая политика любого правительства исторически бесперспективна.

Вот почему Российская академия наук, ее Отделение экономики, Институт экономики РАН на протяжении ряда последних лет постоянно выступают (в том числе и с направлением соответствующих документов в центральные органы государственной власти и управления) с конкретными разработками по социально-экономической стратегии страны (1) с тем, чтобы краткосрочные (неотложные) среднесрочные и т.п. меры, осуществлялись в рамках, задаваемых стратегическим видением, а не руководствовались сиюминутными обстоятельствами, что, если и даст положительный эффект, то исключительно в тех же (сиюминутных) временных рамках, зато каждый раз будет способствовать дальнейшему закреплению негативных тенденций.

Предлагаемая социально-экономическая стратегия укладывается в 15-летний временной отрезок. Причин этого несколько.

Первая - связана с временными оценками необходимых изменений: 1-2 года на создание стартовых условий потребного экономического роста, 7-8 лет на структурную перестройку народного хозяйства и 5-6 лет на  достижение тех минимальных параметров социально-экономического развития, которые с учетом прогноза темпов развития ведущих стран, мирового хозяйства в целом, позволяют России сохранить исторические перспективы в двадцать первом веке.

 Сами эти временные отрезки, с одной стороны, опираются на объективные возможности России, определяемые располагаемым ею к настоящему моменту экономическим потенциалом в самом широком смысле этого слова и сложившейся траекторией общественного воспроизводства. С другой - на упомянутые прогнозы мирового экономического роста, не позволяющие "растянуть" программу на более длительный срок и, соответственно, задающие промежуточные результаты.

Вторая причина, определившая рубеж 2015г., заключается в том, что пятнадцатилетний отрезок при  нынешнем уровне наших знаний по сути является максимальным для научного прогнозирования; далее начинается область более-менее достоверных, но - догадок, на которых нельзя выстраивать политику, в том числе экономическую.

Третья - связана с чисто политическими факторами: первые 8 лет программы охватывают два президентских срока (авторы вынуждены  исходить из действующей Конституции и предположения соблюдения установленного ею порядка), что по замыслу должно обеспечить преемственность социально-экономического курса, обеспечивающую последовательную реализацию программы и следовательно формирование устойчивых долгосрочных воспроизводственных тенденций, не считаться с которыми в следующем президентском цикле будет невозможно.

 Далее - почему рассматривается исключительно оптимистический сценарий, без включения столь модных в последнее десятилетие алармистских прогнозов?

 Дело в том, что авторы, говоря о России, имеют в виду российское государство в его нынешних границах, что, кстати, само уже может рассматриваться как самый оптимистический вариант из возможных. Вместе с тем, исходным является тезис, что геополитическое положение России делает безальтернативным, с точки зрения задачи сохранения ее исторической перспективы в нынешних пространственных параметрах, поддержание статуса России в качестве великой державы (одного из мировых полюсов роста, а следовательно и силы). Любой другой сценарий будет уже формироваться не для России в нынешнем ее понимании как государства. Но если на протяжении большей части двадцатого века статус великой державы обеспечивался развитием индустриальной базы, то, как показывают реальности последней трети века, в следующем столетии это возможно лишь при условии, что ядром материально-технической базы российской экономики станут, так называемые, постиндустриальные технологии. При такой постановке сценарий для России не может быть назван иначе, как оптимистическим.

 Наконец, сколь обоснован оптимистический в вышеприведенном смысле предлагаемый сценарий?

Оценка совокупного ресурсного потенциала России, по нашему мнению, позволяет исходить из того, что основные экономические предпосылки как долгосрочного (производственный, научно-технический, трудовой и природный потенциалы), так и краткосрочного (конъюнктурного) характера (сложившаяся ситуация с обменным курсом) для реализации предлагаемого сценария имеются.

Возможность движения по этому пути определяется все еще сохраняющимся высоким экономическим и научно-техническим потенциалом России, которая обладала развитой, хотя и несбалансированной  по структуре и по технологическому уровню, индустрией. По ряду направлений ее экономика была готова к переходу к постиндустриальной стадии. Развал экономики в 90-е гг. отбросил в этом отношении страну назад. Но и сейчас ее производственный потенциал фактически высок и при благоприятных условиях может быть восстановлен и развит на новой технико-технологической базе.

Кроме того, в России все еще остается большое число высококвалифицированных кадров, причем сравнительно низкая оплата труда позволяет рассматривать рабочую силу как важный потенциальный источник роста экономики.

Нельзя забывать и об уникальном ресурсно-природном потенциале России, способном обеспечить потребности современного экономического роста, как ее самой, так и в масштабах мирового хозяйства.

 Наконец, наличествует и финансовый потенциал, который в случае его задействования, вполне достаточен для выхода на траекторию экономического роста.

Сочетание мощного производственного и научно-технического потенциала с высококвалифицированной и относительно дешевой рабочей силой, наличием колоссальной по масштабам и разнообразию природно-ресурсной базой и необходимыми финансовыми ресурсами - уникальная черта современной России. Во всех остальных государствах, добившихся за последние десятилетия экономических успехов, отсутствовал по крайней мере один из указанных компонентов.

Успех долгосрочной социально-экономической стратегии определяется не только наличием адекватного ей ресурсного потенциала, но и тем в какой мере выбранная стратегия отвечает объективным тенденциями общественного прогресса. В этой связи следует отметить, что мировая  научная мысль все в большей степени опирается на концепцию устойчивого экономического роста, как условия дальнейшего социально-экономического прогресса человеческой цивилизации. Характерной же чертой устойчивого экономического роста выступает его социальная ориентация выражающаяся в:

· преимущественно положительных значениях экономической динамики, когда экономические спады не приобретают характер острых и затяжных кризисов;

· тесной увязки показателей экономического роста с экологическими императивами;

· связи экономической динамики с социально-экономическим положением всех слоев общества таким образом, что неизбежная и необходимая социально-экономическая дифференциация не превышает некоторых пороговых величин при относительном и абсолютном возрастании доли, так называемого, среднего слоя.

 По нашему мнению, ориентация на реализацию концепции устойчивого экономического роста в сочетании со всесторонним учетом российской специфики позволит России в полной мере опереться на имеющийся потенциал, восстановить свой статус великой державы в критериях двадцать первого столетия. В свою очередь это предполагает принципиальное изменение сложившегося экономического курса, не только в долгосрочном, но и среднесрочном и краткосрочном периодах. Причем мероприятия, о которых идет речь в сценарии, охватывают все стороны воспроизводственного цикла, как в макроэкономическом, так и отраслевом разрезах, включая проблемы взаимоотношений с  мировым хозяйством.

Вместе с тем переход к современной модели устойчивого экономического роста предполагает все более полную реализацию наметившихся тенденций в изменении как базовых основ, так и механизмов функционирования экономических систем.

Во-первых, речь идет о тенденции к преобразованию экономических отношений собственности в направлении смены господства какой-либо одной формы присвоения целостной системой органически взаимоувязанных форм (частных, коллективных, корпоративных, государственных, муниципальных, общественных и т.д.), когда существование и развитие каждой обусловлено всей их совокупностью. В результате формируется экономическая система смешанного, многоукладного типа, основанная на сочетании различных форм собственности и  ее деперсонификации. На этой основе начинают действовать механизмы, преодолевающие отделение какого-либо класса (значимого социального слоя) от использования материальных факторов, следовательно, и от результатов производства. Юридически это находит оформление в расщеплении прав собственности. Следствием становится размывание социально-классовых границ и формирование пересекающихся социальных групп по критериям общности среды жизнедеятельности и жизнеобеспечения, ценностных ориентиров и интересов.

Во-вторых, речь идет о тенденциях к качественным изменениям в самом механизме функционирования национальных экономических систем, обусловленных, прежде всего:

· усложнением всей системы хозяйственных связей, порождаемых современной непрерывно развивающейся и изменяющейся системой отношений собственности;

· использованием производственных мощностей и технологий, способных привести к необратимым глобальным нарушениям экологического равновесия;

· глобализацией хозяйственной деятельности на основе современных форм разделения труда, формирования транснациональных и межнациональных корпораций, создания и развития единого мирового информационного пространства;

· новой ролью финансовых рынков, от состояния которых экономическое положение любой страны зависит не меньше, чем от состояния реального сектора, дополняющееся их глобализацией и "втянутостью" в финансовые отношения подавляющей части населения.

Соответственно указанным изменениям происходит адаптация рыночных институтов регулирования хозяйства к новым условиям их функционирования прежде всего в направлении включения в качестве своих органических элементов общественных и государственных институтов, как на национальном, так и наднациональном уровнях.

Современная экономическая наука преодолевает противопоставление общественного, государственного и рыночного регулирования экономики. Дискуссии все в большей степени разворачиваются в направлении определения места и функций государственных и общественных институтов в качестве неотъемлемых элементов современных рыночных систем. Экономическая наука преодолевает противопоставление общественного, государственного и рыночного регулирования экономики. Научные дискуссии все в большей степени направлены на определение места и функций государственных  и общественных институтов как элементов современных рыночных систем. Глобализация хозяйственной жизни предполагает действие таких институтов не только на национальном, но и международном уровнях. В результате рыночные механизмы начинают подвергаться такими глубокими качественными преобразованиями, которые позволяют говорить о появлении новых механизмов саморегуляции экономики.

Естественно, что каждое государство преломляет глобальные тенденции общественного развития применительно к исторической, геополитической и т.п. реальности. Россия, двигаясь в указанном направлении, также должна будет "выйти" на собственные пути, механизмы и формы общественного прогресса, учитывающие многонациональный состав населения, специфику развития федеральных начал, особое (евразийское) геополитическое положение, размер территории, своеобразие природно-климатических условий, во многом уникальный тип исторического развития и выпекающий из этого образ жизни, традиции ее населяющих народов. Единая по своему типу модель общественного устройства России, по-видимому, будет иметь ряд существенных региональных модификаций.

Одновременно нельзя закрывать глаза и на имеющиеся негативные реалии сложившейся социально-экономической ситуации.

Прежде всего нельзя недооценивать долговременных последствий тотального огосударствления экономической, да и всей общественной и индивидуальной жизни, подавленности в течение длительного времени рыночного способа экономического оборота, что не могло не наложить соответствующий отпечаток на экономическое мышление и поведение населения, низкие уровни правовой и технологической культуры, отсутствия сколько-нибудь развитых демократических традиций, наличие утяжеленной и в значительной степени устаревшей материально-технической и технологической структуры народного хозяйства, тяжелейшей, накапливавшейся буквально столетиями ситуации в аграрном секторе, непростыми условиями реализации природного потенциала, по существу тотальной криминализации экономической жизни. Добавив к этому действие внеэкономических факторов (национальных и внутриполитических проблем) следует признать, что оценка экономического потенциала России с точки зрения возможностей его реализации в рамках действия современных рыночных механизмов должна быть существенно снижена.

Наконец, крайне важно иметь в виду, что 17 августа 1998г. обозначило не просто новый виток экономического кризиса, а стало рубежом, переведшим российскую экономику в качественно новое состояние. Если до этой даты  объем внешнего государственного долга лишь немного превосходил одну треть производимого ВВП, то затем в результате изменения рыночного курса рубля внешний долг превысил объем ВВП 1998г. Тем самым с точки зрения принятых в мировой экономической практике критериев страна далеко перешагнула ту черту, за пределами которой она теряет самостоятельность в разработке своей внутренней и внешней экономической политики.

Все это вместе взятое делает нереальным расчет на переход России в обозримом будущем в число (состав) высокоразвитых стран, опирающихся на постиндустриальную материально-техническую базу. Реальной долгосрочной целью, рассчитанной на жизнь не менее двух поколений россиян и предопределяющей стратегию государства в развитии экономики и общества, в формировании политических и экономических отношений с окружающим миром, может быть задача создания материальной и организационно-экономической базы, позволяющей выйти на траекторию движения к постиндустриальным технологиям. Такая цель может быть обозначена, как создание информационно-индустриальной, многосекторной, социально-ориентированной рыночной экономики, создающей возможность выхода на стандарты качества жизни и среды обитания россиян, обеспечивающие социальное единство (внутреннюю устойчивость) российского общества.

Непосредственной же целью социально-экономической стратегии России на период до 2015 г. должно стать создание экономических, социальных и институциональных условий для максимально возможного продвижения общества к указанной глобальной цели и прежде всего - радикальный поворот в сторону роста доходов населения (при уменьшении степени их дифференциации), повышения его платежеспособного спроса и масштабов сбережений, создания достойных условий жизни и среды обитания россиян. Этот поворот должен  органически сочетаться с процессом развития внутрироссийского рынка и отечественного производства, выступать одновременно и следствием данного развития, и его причиной и стимулом.

 Указанная цель предполагает траекторию развития отечественного производства по следующим направлениям:

· создание информационно-индустриальных технологий на отечественной промышленной основе и их внедрение в отрасли реального сектора, а также начало их экспорта на мировой рынок;

· постепенная перестройка структуры экономики с преимущественного производства сырья, энергии, промежуточных продукты на преимущественное производство конечных продуктов;

· увеличение в объеме конечного продукта доли потребительских товаров и услуг для населения.

 Задавая стратегические цели социального и производственного назначения, следует иметь в виду, что к 2015 г. процесс построения информационно-индустриального общества будет еще далек от  завершения, а по социальным параметрам Россия лишь приблизится к индустриально развитым странам.  (2)Тем не менее Россия к 2015 г. имеет шанс добиться весьма значительных результатов, в частности, заметно повысить эффективность экономики и уровень благосостояния народа, несмотря на то, что страна по-прежнему будет отягощена  проблемами выплаты  внешнего долга, укрепления обороноспособности и др. Однако эти  результаты будут далеко  недостаточны для построения полномасштабного информационно-индустриального общества. Такую задачу, как отмечалось, можно решить лишь к середине следующего столетия.

2. Этапы экономической стратегии

Характерной чертой предлагаемой стратегии является то, что, начав ее осуществление при опоре на одни факторы экономического роста России затем придется перейти к иным источникам своего развития. Дело в том, что в настоящее время экономика страны, находится в таком состоянии, что перед переходом к  устойчивому экономическому росту ей придется пройти период возвращения на траекторию расширенного воспроизводства, или иначе говоря восстановления, а это разные процессы, требующие различных макроэкономических, институциональных и даже политических решений.

 Восстановление - это процесс экстенсивного роста, связанный с использованием части простаивающих производственных мощностей. Режим же устойчивого развития - это по преимуществу интенсивный рост на основе  формирования новых эффективных или реконструирования действующих производств.

 Экстенсивный рост не требует существенных инвестиций в основной капитал, но он невозможен до тех пор, пока в стране сохраняется платежный кризис, а высокие цены на энерго-сырьевые ресурсы не соответствуют ресурсоемким технологиям, характерным для большинства простаивающих предприятий. Напротив, режим устойчивого экономического роста невозможен без  крупных инвестиций в основной капитал, при этом цены на ресурсы могут возрастать по мере роста удельного веса ресурсосберегающих технологий.

 Наконец, нельзя не отметить, что на этапе экстенсивного развития  желательно ограничить степень открытости российской экономики. Отчасти это уже произошло вследствие девальвации рубля осенью 1998г.: импорт сократился, что позволило оживить посредством импортозамещения часть бездействующих мощностей. Однако политика ограниченной открытости рынка становится нецелесообразной, когда экономика находится в режиме устойчивого развития, наращивает собственную базу индустриально-информационных технологий, готова активно сотрудничать с мировым сообществом.

 Объективно различия между процессами экстенсивного и интенсивного экономического роста не могут не сказаться на изменениях в  правилах государственного регулирования экономики и, что не менее важно, самого течения процесса реформ, создания внутрироссийского рынка. Это определяет необходимость выделения трех этапов в рамках долгосрочной стратегии.

 Первый этап (1999-2000гг.) - структурный маневр в стратегии и тактике рыночных преобразований в России, обеспечивающий восстановление реального сектора  экономики (прежде всего обеспечение роста производства и занятости за счет использования части простаивающих мощностей).

Начавшееся оживление экономики уже вследствие девальвации 1998г. российского рубля без глубокого структурного маневра в стратегии и тактике реформ неизбежно остановится. Суть маневра, предлагаемого для первого этапа стратегии, состоит в переходе от упрощенной монетаристской модели к политике, предусматривающей согласованное во времени осуществление двух операций общегосударственного уровня.

Первая заключается в запуске эффективной  части  простаивающих   производственных мощностей в потребительском секторе, сельском хозяйстве, легкой и пищевой промышленности, в производстве товаров длительного пользования, а также технологически сопряженных с ними мощностей в других отраслях экономики.

 Такому запуску объективно противостоит острейший дефицит финансовых ресурсов, который выражается в чрезмерно низком коэффициенте рублевой монетизации экономики (рублевая часть российской экономики - М2 - равна примерно 16-18% ВВП, тогда как во многих странах коэффициент монетизации превосходит уровень 40% ВВП); в высоких ставках банковского процента (более чем в 2 раза превышающих среднюю рентабельность реального сектора); в использовании квазиденежных инструментов при обслуживании товарооборота (70-80%  общей величины оборотного капитала).

Однако мы не считаем данную ситуацию тупиковой.

Выход может быть найден в снижении цен на энерго-сыревые и транспортные издержки предприятий, что абсолютно необходимо в условиях ресурсоемкой экономики России и необходимости большого объема перевозок.  (3) Результатом должен стать рост рентабельности в обрабатывающих отраслях до уровня, обеспечивающего привлекательность по крайней мере краткосрочного кредитования реального сектора.

 Если ЦБ РФ расширит кредитную эмиссию таким образом, что процентная ставка (по краткосрочным заимствованиям) будет ниже средней рентабельности реального сектора, то, на наш взгляд, дефицит финансовых ресурсов можно будет смягчить, а предлагаемый маневр будет успешным.

 Конечно, кредитная эмиссия заключает в себе угрозу инфляции и  с этим нельзя не считаться. Однако возможная инфляция может быть минимизирована, если будет проведена обстоятельная аналитическая и организационная подготовка всего комплекса мер, обеспечивающих программу восстановления экономики, в рамках которой будут:

· предусмотрены экономические механизмы восстановления именно эффективной части простаивающих мощностей (по нашей оценке, это не более 30% всех простаивающих мощностей), проведены расчеты оценки ожидаемого экономического роста как в целом по стране, так и по отраслям и регионам;

· устранена опасность перетока эмитируемых денежных средств в сферу спекулятивных, высокодоходных финансовых операций, не опосредующих расширение производства;

· приняты меры по ограничению степени открытости российской экономики, в т.ч. там, где это потребуется, следует защитить отечественных производителей от зарубежной конкуренции, и одновременно ограничить вывоз ресурсов за рубеж;

· обеспечены административные меры контроля  потребительского рынка на государственном и муниципальном уровнях с целью устранения необоснованных трансакционных издержек.

Вторая операция, сопряженная с первой, заключается в мероприятиях по повышению платежеспособного спроса населения прежде всего за счет роста заработной платы работников бюджетной сферы, а также работников негосударственных предприятий, выполняющих  государственные заказы. Эта акция предполагает ограниченную эмиссию и, стало быть, рост бюджетного дефицита. Однако в случае, если возросший в результате такой эмиссии платежеспособный спрос будет уравновешен соответствующим ростом предложения за счет запуска эффективных отраслей потребительского сектора, то можно прогнозировать, что в этом случае рост бюджетного дефицита будет кратковременным; его остановит рост производства, в результате которого расширится база налогообложения, увеличив тем самым приток доходов в бюджет.

Одновременно, наряду с мерами по восстановлению эффективной части простаивающих мощностей, следует по мере возможности осуществлять меры, способствующие созданию новых или реконструкции действующих производств.

В ближайшие два года с помощью активной деятельности государства можно не только остановить спад производства, возродить банковскую систему страны и укрепить рубль, но и подготовить предпосылки для последующего подъема.

Второй этап (2001-2008 гг. ) - завершение процесса реанимации и новый структурный маневр в политике реформ и управления экономикой страны, способствующий переходу ее в режим устойчивого экономического роста на базе развития отечественного производства.

По мере восстановления социально-экономического потенциала в стране будет наблюдаться экономический подъем: прирост ВВП возможен в пределах от 4 до 8% в год.  Экономический рост ожидается, в первую очередь, в отраслях потребительского сектора. Можно ожидать, что прирост реальных доходов населения будет опережать прирост ВВП (составит 5-9% в год ). Возрастут показатели занятости, улучшится финансовая ситуация, значительная часть банков будет сориентирована на реальный сектор. Вероятно, восстановится и доверие вкладчиков к банковской системе и т.д. и т.п.

 Однако импульс экстенсивного роста, порожденный использованием простаивающих мощностей, быстро исчерпает себя,  будет нарастать массовое выбытие активной части основного капитала в сельском хозяйстве, на железнодорожном и трубопроводном транспорте, в гражданской авиации и других отраслях в связи с физическим износом. Наиболее реальные сроки выбытия мощностей -период с 2003 по 2005 гг., когда может произойти резкое сокращение объемов производства продукции и услуг в соответствующих отраслях.

 Чтобы не допустить нового спада производства, следует заблаговременно (видимо, с 2001г.) подготовить условия для активного развертывания инвестиционной деятельности, обеспечивающей возмещение выбытия и прирост основного капитала в реальном секторе экономики. Гигантские масштабы этой деятельности потребуют возрождения отечественного машиностроения и его адаптации к воспроизводственным потребностям российской экономики.

 Частично этот вопрос должен быть решен еще на предыдущем этапе. Однако этот этап не предусматривает решение другой, стратегически гораздо более важной задачи - адаптации отечественного машиностроения к производству ресурсосберегающих и наукоемких технологий, характерных для современного информационно-индустриального общества. Учитывая 20-30-тилетнее технологическое отставание машиностроения России от индустриально развитых стран, которое невозможно преодолеть за короткие (2-3 года) сроки, необходимо пойти по пути постепенной модернизации всех отраслей реального сектора.

 Важными средствами решения этой задачи будут:

· селективная  защита  внутреннего  рынка  инвестиционных  товаров от внешней конкуренции (при этом вполне допустима закупка за рубежом отдельных элементов основного капитала, создание совместных производств и приобретение лицензий по тем направлениям, где отечественное машиностроение имеет наибольшее отставание);

· стимулирование спроса на отечественные инвестиционные товары, -  включая  снижение процентных ставок по долгосрочным кредитам;

· поддержание ценового равновесия между производителями и потребителями энерго-сырьевых ресурсов, достигнутого на предшествующем этапе; стимулирование  с  помощью   налогов   предприятий – в  первую  очередь отраслей машиностроения - модернизирующих свое производство.

В итоге второго этапа степень модернизации как машиностроения, так и экономики в целом возрастет, однако высокотехнологичные производства еще не будут доминировать. При этом среднегодовой темп прироста ВВП возможен на уровне 4-6%, инвестиций в основной капитал - 8-12%, реальных доходов - 5-7%.

Третий этап (2009-2015 гг.) - еще один поворот в стратегии и тактике реформ, связанный с широкомасштабным вхождением России в мировой рынок, развитием технологий информационно-индустриального типа, становлением социально-ориентированного рыночного хозяйства.

В период 2009-2015 гг. процесс модернизации экономики России будет предполагает улучшение конкурентоспособности экономики в отраслях конечной продукции, результатом чего станут настойчивые требования об отказе от политики ограничения степени открытости российской экономики.

 Хотя либерализация внешнеэкономических отношений может привести к свертыванию ряда производств,  торможению экономического роста и ухудшению социальных условий, но эти негативные явления будут менее болезненны, чем в 1992-1998 гг. Возможен кратковременный спад производства (вероятно, в 2009-2010 гг.), за которым последует новый экономический рост. По нашим оценкам, среднегодовой темп прироста ВВП в 2009-2015 гг. может составить 3-5%, произойдет укрепление рубля, начнется широкомасштабное включение России в мировой рынок. К 2015 г. будет завершена модернизация отечественного машиностроения на информационно-индустриальной основе. Вероятно, большая часть экономики России будет использовать ресурсосберегающие и наукоемкие технологии.

3. Динамика макроэкономических показателей

 Одно из основных условий осуществления предлагаемой стратегии социально-экономического развития является ограничении степени открытости российской экономики на первом и втором этапах и ослабление этих ограничений на третьем этапе. Нередко предлагаемые альтернативные варианты, допускающие сохранение существующей высокой степени открытости, обосновываются тем, что любые ограничения внешнеэкономических связей могут негативно повлиять на формирование конкурентоспособного реального сектора российской экономики.

 Однако в условиях дефицита инвестиционных ресурсов вероятность полноценного развития обрабатывающей промышленности  в этом случае невысока. Расчет же на прямые зарубежные инвестиции, как показывает предшествующий опыт, вряд ли оправдан. В этом случае при сохранения высокой степени открытости экономики Россия может оказаться в группе слаборазвитых стран с сырьевой ориентацией, а ее экономический рост будет крайне ограничен (в табл. 1. приводятся экспертные оценки темпов роста российской экономики в зависимости от выбранного варианта развития).

                                                                                                            Таблица 1 Среднегодовой темп роста ВВП (в %)

Варианты  1999-2000 гг.   2001-2008 гг. 2009-2015 гг. Первый  4-8  4-6  3-5 Второй   1-2 1-3 2-4

 Реализация предлагаемой экономической стратегии требует отслеживания ряда экономических макропоказателей. Среди них особенно важное значение имеет показатель, характеризующий соотношение средней рентабельности реального сектора экономики и ставки ссудного процента, т.к. это соотношение концентрирует результаты действия практически всех механизмов регулирования экономики.

 В настоящее время ставка ссудного процента более чем в 2 раза превышает среднюю рентабельность реального сектора российской экономики. Такая ситуация невозможна в любой индустриально развитой стране с рыночным хозяйством: банковская система не может быть устойчиво эффективнее реального сектора, который она обслуживает. Только при нормализации данного соотношения можно восстановить связи между реальным и финансовым секторами, возможен экономический рост. Такая нормализация возможна при, одновременном стимулировании:

· роста средней рентабельности реального сектора, который может быть достигнут путем снижения некоторых налогов и трансакционных издержек в реальном секторе, а также сдерживания цен на продукцию естественных монополий;

· снижение ставки ссудного  процента  и  сокращение  первичного  бюджетного дефицита.

В рассматриваемый период возможны два крайних варианта изменения соотношения средней рентабельности реального сектора и ставки ссудного процента.

В пессимистическом варианте это соотношение  растет крайне медленно и достигает 1 примерно к 2015г. В оптимистическом варианте соотношение изменяется быстро и нормализуется к 2001-2005гг.  Пессимистический вариант реален в случае некомплексного использования факторов и механизмов государственного регулирования, а оптимистический - при комплексном, их использовании.

При увеличении соотношения средней рентабельности реального сектора и ставки ссудного процента в реальном секторе возрастает удельный вес платежеспособных предприятий, увеличивается доля инвестиционных проектов, под которые финансовые институты могут дать кредиты.

Поэтому даже пессимистический вариант динамики соотношения предполагает прирост ВВП, хотя и медленный, вероятно 2-3% в среднем.

Если же соотношение будет изменяться по оптимистическому варианту, то в течение рассматриваемого периода среднегодовой прирост ВВП будет, по-видимому, не ниже 4-5%. При этом активный его рост возможен уже на первом этапе. Хотя в ближайшие два года соотношение рентабельности и ставки ссудного процента не достигнет 1, а лишь приблизится к этому уровню, возникнут достаточно благоприятные финансовые условия для использования эффективной части недействующих мощностей. Появится возможность без существенных инвестиций в основной капитал привлечь кредитные ресурсы для восстановления оборотного капитала таких предприятий.

Когда же соотношение средней рентабельности реального сектора и ставки ссудного процента нормализуется, т.е. превысит единицу, станет возможным иной тип роста - за счет инвестиций в основной капитал для модернизации и перепрофилирования производства.

 Другим основным макропоказателем является коэффициент монетизации экономики (М2 к ВВП, в процентах). В настоящее время в российской экономике он в 3 раза ниже, чем в ФРГ и Франции и в 4 раза ниже, чем в США.  Примерно во столько же раз активы российской банковской системы (в процентах к ВВП) меньше активов западных банковских систем (также в процентах к ВВП). Это свидетельствует о дефиците финансового капитала по сравнению с потребностями реального сектора, что  влечет за собой чрезмерно высокий уровень ставки ссудного процента.

 Преодолеть этот дефицит можно за счет повышения коэффициента монетизации. Как свидетельствует опыт западных стран, этот  коэффициент изменяется постепенно – не более 2 п.п. в год.  (4)

 По-видимому, и в России следует повышать коэффициент монетизации постепенно: средняя скорость его роста в ближайшие 10-15 лет может составлять 1,5-2,0 п.п. в год. В этом случае к 2015 г.  можно достичь уровня монетизации близкого к ФРГ и Франции (примерно 35-40% ВВП). При среднегодовом росте ВВП 4%  и при среднегодовой инфляции 10-20% коэффициент монетизации должен составить 16-26% ВВП.

Однако, учитывая острейший текущий дефицит денежной массы, а также возможное снижение скорости оборота М2 (что связано с ожидаемым уменьшением размеров спекулятивных операций в финансовом секторе)  представляется целесообразным в ближайшие год-два пойти на определенный риск и увеличить коэффициент монетизации примерно на 10 п.п. с тем, чтобы к довести его уровень до 24-25% ВВП и тем самым ослабить денежный дефицит. Такая попытка рискованна, потому что может привести к гиперинфляции, если данную задачу понимать только как монетарную, связанную исключительно с увеличением денежной массы М2. Чтобы этого не произошло, необходимо:

· последовательно осуществлять ранее перечисленные меры по восстановлению отраслей реального сектора экономики;

· ограничить переток денежных ресурсов в сферу спекулятивных финансовых операций;

· провести кредитную эмиссию целевого назначения в форме предоставления кредитов в основном предприятиям финишных отраслей экономики для накопления оборотных средств этих предприятий, что позволит заместить квазиденьги и бартер платежеспособным спросом  предприятий;

· обеспечить регулярную выплату заработной платы прежде всего работникам бюджетной сферы, а также пенсий, пособий, стипендий и т.п.

 Еще один важный макропоказатель - отношение кредиторской задолженности к ВВП. В долгосрочной перспективе тенденции нормальной (не просроченной) и просроченной кредиторской задолженности должны существенно различаться: нормальная задолженность, по-видимому, будет иметь тенденцию к росту, просроченная задолженность  - к снижению.

Столь резкое расхождение динамики нормальной и просроченной  задолженности объясняется тем, что просроченная задолженность, по всей вероятности, будет постепенно замещаться нормальной задолженностью за исключением задолженности  бюджета реальному сектору, которая должна быть устранена полностью.

К основным показателям долгосрочной макроэкономической политики относится и валютный курс.  Девальвация рубля в августе-сентябре 1998 г. привела к снижению рыночного курса рубля относительно паритета покупательной способности (ППС) с 70 до 50%. Такое соотношение выгодно для стимулирования экспорта и роста отечественного производства. Стратегии низкого курса валюты придерживались в свое время Япония, Сингапур, Гонконг, Тайвань, Южная Корея, что позволило им сделать мощный рывок в индустриальном развитии.

Можно полагать, что динамика курса рубля относительно ППС на первом и втором  этапах вряд ли будет существенно меняться. В эти годы Россия должна пройти путь "догоняющего" роста отечественного производства. На третьем этапе, когда будет происходить постепенная интеграция страны в индустриально-информационное общество - возможно некоторое незначительное повышение курса.

4. Заключение

Реализация оптимистического сценария социально-экономического развития до 2015 года, изложенная в книге, представляется вполне реальной. Но для этого нужны, естественно, некие базовые условия или предпосылки. Без них движение по данному сценарию маловероятно. Речь идет о необходимости обеспечить стабильность в обществе, снять конфронтацию между борющимися группировками, преодолеть криминальность и коррупцию.

Сегодня практически все общественно-политические группы и блоки активно обсуждают будущее России, возможность достижения ее подъема, хотя и предлагают порой различные варианты решения накопившихся проблем. Однако важно? что именно будущее России в XXI веке стало предметом внимания всех политических сил страны. Вероятно это – достаточно значимое явление, отражающее боль за допущенные ошибки и накипевшую потребность перемен, прорыва к новому качеству жизни.

Таковы базовые условия, позволяющие сочетать разные варианты и подходы к решению проблем. Однако если бы дело сводилось только к таким достаточно общим и широко разделяемым представлениям, то необходимость в особом заключении к книге была бы вряд ли нужна. Доказывать очевидное – это не цель и не смысл научного исследования.

Власть должна сосредоточить свои усилия не на решении первоочередных задач и "латании дыр". Они были и будут постоянно возникать. Справиться с ними – функция не власти, а задача хорошо отлаженного аппарата. Высшим органам государства – Президенту страны, Федеральному Собранию и Правительству надо начать с осуществления прорыва в будущее, дать видение перспективы, вдохнуть в общество силы, позволяющие осуществить назревшие перемены. К сожалению, до сих пор ни одна из властных структур, ни одна из общественных сил, в том числе и наука, не ответили на эти вопросы.

Разработка стратегии – это задача № 1 и для власти, и для науки, и для интеллигенции в ее настоящем, действительном смысле. Откладывание в решении подобных вопросов – лишь проявление неспособности мыслить о долговременных процессах, думать о завтрашнем не.

Достаточно сказать, что в ближайшие 10-15 лет России предстоит по существу заново заменить все нефте- и газопроводы, обновить железнодорожные пути, создать новые транспортные магистрали, новые двигатели и подвижной состав. Чтобы это сделать, надо не завтра, не через пять лет, а уже сегодня закладывать мощности, готовить кадры, оснащать транспорт современными средствами перевоза тяжелых грузов. Не решать такие проблемы – значит обречь общество на нарастание технологических катастроф.

То же самое относится и к роли науки. Вложения в науку не могут дать результата по итогам годовых или двухгодовых вложений. Они окупаются не завтра или послезавтра, но с эффектом, многократно превосходящим текущие затраты. Формирование ведущих научных школ, накопление задела в современных технологиях, отладка механизма внедрения результатов в массовое производство относятся к тем первоочередным задачам, без которых у общества нет будущего.

То же самое относится к образованию, здравоохранению, культуре. В сиюминутных решениях, в расчетах годового бюджета затраты на их развитие кажутся просто вычетом общественных ресурсов и потому финансируются по остаточному принципу, а то и ниже него. Оценить их эффект и отдачу можно лишь тогда, если заглянуть в завтрашний день. Но для этого надо мыслить стратегически. Именно такого подхода и не хватало до сих пор власти, органам регулирования экономики, да и науке в целом.

Способность видеть и оценивать аналогичные перемены возможна только в том случае, если существуют профессионально подготовленные кадры и структуры, думающие именно не о сиюминутной выгоде, а о завтрашнем дне страны, о судьбе народа.

Важно широко изучить и выбрать все лучшее из мирового опыта реформ и преобразований. Но изменения в России не могут осуществляться по шпаргалке, переписанной с опыта других стран. Нельзя думать о том, что мы хотим построить в стране общество по опыту США или Японии, Китая или Германии, Франции или Швейцарии. Так не получилось и так получиться не может.

Зная и тщательно изучая мировой опыт, а в России для этого есть силы, надо вырабатывать свою, российскую модель подъема и последующего процветания страны. В России есть центры и коллективы, располагающие прекрасными кадрами, которые могут описать опыт любой страны. они сосредоточены в Институте мировой экономики и международных отношений, Институте США и Канады, Институте Европы и Дальнего Востока. Имеются они и в профессиональных государственных структурах. Но зная такой опыт, выбирая из него все лучшее, надо готовить программу своими силами.

Как писал Джозеф Стиглиц, для России и других стран бывшего СССР и стран Совета Экономической Взаимопомощи нужен новый, пост-вашингтонский консенсус. Можно спорить о том, как и кем он должен разрабатываться, но им прекрасно было сказано, что этот консенсус не может писаться в Вашингтоне. Он должен писаться там, где есть свои специалисты.

Надо активно готовить кадры за рубежом, осваивать современные технологии, опыт организации управления. Но надо одновременно широко открыть наши вузы для привлечения специалистов из других стран, передавать им то, что недооценено в нашей экономической науке. Это не односторонний процесс, а процесс взаимный, который обогащает тех и других.

Сегодня именно в России сосредоточены лучшие – по самым высоким мировым критериям – специалисты по российской экономике, по ее перестройке, реформированию, выходу из кризиса и последующему подъему. Нам не нужно очередных экспериментов необольшевизма – насильственного и часто сознательного обмана народа, неприемлемого для России и ведущего, как показывает опыт, в тупик.

Предлагаемая программа не представляет собой набор конкретных цифр, заданий с четким расчетом показателей для отдельных лет. Жизнь, как показал опыт, ломает подобные цифры и расчеты. Важно уловить генеральные тенденции, выделить определяющие факторы, выстроить систему приоритетов. Важен вектор перемен, его ориентиры и очередность решаемых задач.

Новый подъем экономики, произошедший в нынешнем 1999 г., стал результатом изменений именно концептуальных подходов, приведения в действие мощных сил поддержки реального сектора, перехода от механизмов торможения экономического роста к механизмам, обеспечивающим закрепление и внедрение механизмов экономического подъема.

Однако обнаруживающиеся тенденции содержат очень опасные для будущего последствия. Здесь сказывается во многом "эффект базы": чем хуже были показатели в прошлом году, тем красивей и эффектней показатели нынешнего года. Но если их не закрепить принципиальными переменами, если не перейти к новому механизму росту, основанному на стимулировании спроса, то такой эффект может оказаться утраченным и страна потеряет шанс, который получила в 1999 г.

Неумение, несвоевременность реакции на происходящие перемены уже вызвали заметный рост цен и при дальнейшем невмешательстве государства могут вызвать новые крайне обостренные социальные последствия и дальнейшее снижение качества жизни населения.

В число главных изменений хозяйственного механизма включается хорошо известный в мире и способный адаптироваться к российским условиям курс на стимулирование спроса в его самом широком понимании. Речь идет о спросе на продукцию военно-промышленного комплекса, на осваиваемые двойные технологии, спрос на товары массового потребления, строительство жилья, потребление продуктов питания, относительно дешевую, но отвечающую нынешним доходам населения одежду.

Хотя и здесь должна применяться поддержка для различных по доходам групп, поскольку насыщенный рынок характеризуется удовлетворением потребностей всех без исключения групп населения – от относительно бедных до достаточно богатых. Совокупный спрос, регулируемый государством, с широким использованием рыночных инструментов – решающий двигатель подъема и ускорения.

В немалой степени успеху начавшегося подъема способствовал и эффект доверия, трудно измеряемый в чисто экономических показателях, но связанный с деятельность правительства Е. Примакова, Центрального банка и той группы людей, который была в состоянии в труднейших условиях (при развале банковской системы, продолжении снижения цен на нефть, огромных долгах перед населением) выстоять, выдержать стабильность бюджета, начать выправлять сложившиеся диспропорции. Эффект доверия может быть измерен в терминах современной теории институционально-эволюционных изменений, что всегда играло важную роль во всех преобразованиях российской экономики на различных ее этапах.

Многое для успеха оптимистического сценария социально-экономического развития до 2015 года зависит от международных факторов. Россия уже давно живет в рамках глобальных процессов, происходящих в мире. И благоприятные международные условия – это еще одна из предпосылок успеха такой программы. И здесь надо также достаточно четко и определенно сказать, что речь идет не просто об ожиданиях, не просто о надеждах, что международные обстоятельства будут благоприятными. Изменения этих условий во многом зависят от позиции самой России, от ее твердости в защите интересов экономической безопасности страны и определении перспектив социально-экономического прогресса.

Выработка оптимистического сценария основана на возможности (что хотя трудно, но вполне реально) склонить МВФ и другие международные финансовые институты к установлению строгой зависимости начавшегося прироста с выплатой и обслуживанием государственного внешнего долга. И тогда можно создать действительно бездефицитный бюджет и сделать целью России и стран-кредиторов равно заинтересованными в росте российской экономики.

Оптимистический сценарий предполагает ориентацию на создание (и такой шанс сегодня тоже реален) многоцветного, полицентрического мира, в котором соседствуют, взаимно дополняют и дают возможность подъема различным центрам мирового хозяйства, отказа от навязывания миру моноцентрической структуры построения хозяйственной жизни. Здесь нелегкий круг вопросов, который потребует серьезных решений.

Являясь частью мировой экономики, Россия вместе с другими странами СНГ в состоянии стать одним из центров в этой полицентрической структуре мировой экономики. Дело в том, что исторически в масштабах бывшего СССР сложился единый народнохозяйственный комплекс с взаимно дополняющей системой отраслей. Разрыв связей в таком комплексе сказывается крайне отрицательными последствиями практически для каждой страны. Этот комплекс был и он требует возрождения, разумеется, на совершенно новой исторической базе.

Важно и то, что входящие в СНГ государства до сих пор во многом объединены традициями, общностью духовного склада населения при всем многообразии его составляющих. Они представляют собой анклав или совокупность стран, связанных единой языковой культурой, способностью без переводчиков вести контакты и обмен.

Понятно, что возрождение этих контактов и создание новой структуры мировой экономики не будет происходить без борьбы, без противодействия и без вмешательства националистических и сепаратистских настроений. Такова тоже реальность, с которой надо считаться. Но есть и реальность обратного смысла, основанная на поиске совместных решений, укрепляющих союз стран и умножающих силы каждой из них.

Таковы сегодня те предпосылки, которые позволяют считать оптимистический сценарий вполне реальным шансом развития российской экономики. И хотелось бы надеяться, чтобы такой шанс не был утрачен, чтобы он имел надежды на успех.

Примечания

1.  См., в частности, доклад Института экономики РАН "Стратегия развития российской экономики и программа первоочередных шагов" (июнь, 1996г.),  рассчитанная на период 1996-2010г.г.,  или подготовленный Отделением экономики РАН с участием всех московских и региональных экономических институтов Академии наук, а также Совета по размещению производительных сил и экономическому сотрудничеству Академии народного хозяйства при Правительстве РФ "Направлениям среднесрочной программы социально-экономического развития России" (май, 1997г.), рассчитанными на период 1998-2005г.г., (вот только какие СМИ в свое время донесли до общественности сам факт наличия таких документов, не говоря уже об их содержании, видимо посчитали, что ей - общественности - неинтересно, да и незачем знать о точке зрения на происходящее ведущих ученых-экономистов России, признанных научной общественностью не только в собственной стране, но и за рубежом).

2.  "Хотя в капиталистической России 2010 г. будут процветать отдельные регионы с передовой технологией, возможно даже крупные, страна в целом не будет отличаться ни богатством, ни эффективностью экономики, а ее развитие будет неравномерным как по отраслям, так и по регионам. Так будет даже при сценарии "чудо", поскольку России придется сделать очень многое, чтобы догнать другие страны. Перестройка и конверсия промышленности, улучшение качества воздуха и воды, замена изношенных производственных мощностей будут поглощать значительную часть богатства, производимого в российской экономике, при жизни одного, а возможно, и двух поколений"  (Ергин Д., Густафсон Т. Россия: двадцать лет спустя. Четыре сценария. М.: Международные. отношения. 1995, с. 196.)

3.  Это не значит, что ценовая, налоговая и т.д. политика не должна одновременно стимулировать переход к энерго и ресурсо сберегающим технологиям; однако всему свое время.

4.  Например, в ФРГ он увеличился с 24,6% в 1976 г. до 38,5% в 1994 г.; наиболее крупное годовое приращение его (в размере 2,2 процентного пункта) было в 1991 и 1993 гг. Во Франции на протяжении 20 лет (1974-1994 гг.) коэффициент монетизации постепенно снизился с 54,2 до 38,0%, а за 1995-1996 гг. он увеличился на 2 процентных пункта. При этом индекс-дефлятор ВВП как во Франции, так и в ФРГ практически не реагировал на повышение коэффициента монетизации.

Содержание книги

Часть I. Россия в современном мире.

Глава 1. Глобальные тенденции современного мира.
1.1. Россия в системе международных отношений.
1.2. Возможные угрозы и кризисы на пути к новой цивилизации.

Глава 2. Долгосрочный сценарий экономического развития России.
2.1. Цель экономической стратегии.
2.2. Этапы экономической стратегии.
2.3. Динамика макроэкономических показателей.

Часть II. Социально-экономическая стратегия – 2015.

Глава 3. Россия на пороге XXI века.
3.1. Человеческий потенциал.
3.2. Производственный и научно-технический потенциал.
3.3. Природные ресурсы России.
3.4. Трансформации структуры общественного богатства.

Глава 4. Инвестиционная стратегия.
4.1. Стратегический направления инвестиционной политики России на период до 2015 года.
4.2. Социальная ориентация инвестиций.

Глава 5. Развитие реального сектора экономики.
5.1. Восстановление производственного цикла.
5.2. Научно-техническая политика.
5.3. Промышленная политика.
5.4. Развитие агропромышленного комплекса.

Глава 6. Стратегия развития финансово-денежной системы.
6.1. Стратегические цели развития финансово-денежной системы.
6.2. Денежно-кредитная политика.
6.3. Перспективы развития кредитно-банковской системы.
6.4. Обеспечение надежности платежно-расчетной системы.
6.5. Развитие бюджетно-налоговой системы.

Глава 7. Внешнеэкономическая стратегия.
7.1. Сценарий внешнеторговой политики.
7.2. Вступление России во Всемирную торговую организацию.

Часть III. Реформы: институциональные перемены.

Глава 8. Новый этап общественного прогресса: социально-экономическая концепция.
8.1. Эволюция концепции общественного прогресса и смена социально-экономической парадигмы.
8.2. Концепция постиндустриального общества.

Глава 9. Основные направления институциональных перемен.
9.1. Рынок как совокупность институтов.
9.2. Государство как совокупность институтов.

Глава 10. Реформирование отношений собственности.
10.1. Методологические основы реформирования.
10.2. Реформирование государственной собственности.
10.3. Развитие акционерной собственности.
10.4. Перспективы развития собственности потребительской кооперации и
общественных организаций.
10.5. Реформирование отношений собственности в аграрной сфере.

Глава 11. Реформы социальной сферы.
11.1. Социальная база реформирования.
11.2. Реформирование образования и здравоохранения.
11.3. Реформирование науки.
11.4. Реформа жилищно-коммунального хозяйства.
11.5. Политика доходов: этапы и резервы.

Глава 12. Формирование российского среднего слоя.

Глава 13. Институциональные основы российского предпринимательства.
13.1. Тенденции корпоративизации российской экономики.
13.2. Перспективы развития естественных монополий.
13.3. Институциональные преобразования финансово-кредитной системы.
13.4. Развитие фондового рынка.
13.5. О роли рынка государственных ценных бумаг.
13.6. Система малого предпринимательства.

Глава 14. Правовые институты реализации социально-экономической стратегии.
14.1. Правовое обеспечение экономического и социального развития России.
14.2. История и проблемы федеративного устройства.
14.3. Экономическая политика на муниципальном уровне.
14.4. Статус некоммерческих организаций и перспективы их развития.

Часть IV. Мировой опыт реформ.

Глава 15. "Новый курс" Ф.Д.Рузвельта в США: опыт социально-экономических преобразований.
15.1. Социально-экономические предпосылки "нового курса".
15.2. Реализация и результаты "нового курса".
15.3. "Новый курс" и современность.

Глава 16. Реформа отношений собственности и развитие многоукладной экономики в КНР.
16.1. Основные направления реформы.
16.2. Особенности преобразования отдельных форм собственности.

Глава 17. Уроки дальневосточного "экономического чуда".

Глава 18. Реформы в странах Центральной и Восточной Европы: поиск факторов успеха.
 
 
 


Источник: http://www.fastcenter.ru/ecaar/2015_r.htm


Закрыть ... [X]

Оптимистический сценарий: невысокий рост, квазистабильный рубль Какими налогами облагается подарок сотруднику

Оптимистический сценарий предполагает Оптимистический сценарий - Стратегия социально-экономического
Оптимистический сценарий предполагает Пессимистический сценарий - Большая Энциклопедия Нефти и Газа
Оптимистический сценарий предполагает Оптимистический сценарий развития российской экономики
Оптимистический сценарий предполагает Оптимистический - Английский перевод Словарь Linguee
Оптимистический сценарий предполагает Долгосрочная стратегия развития России
Оптимистический сценарий предполагает Оптимистический сценарий Мегаобучалка
Оптимистический сценарий предполагает 2.3. оптимистичный сценарий - стр.3
157 отзывов о Люберецкая детская Городская Возрастные закономерности психомоторного Дом 2 свежие серии смотреть онлайн Конкурс не состоялся - 44-ФЗ Нефритовая свадьба 26 лет Поздравления Открытки для Ирины - Иры с Днем рождения ПОЗДРАВЛЕНИЯ